Вчера президент подписал принятый Радой Госбюджет Украины. Стране обещаны реформы и стабильность, тем более что харьковские соглашения якобы обеспечат газ по низкой цене. Так ли все здорово, «Газета…» попросила оценить экс-министра финансов, доктора экономических наук Виктора Пинзеника. Его мнению придает вес не только огромный опыт, но и неизменно принципиальная позиция: не одному премьер-министру рубил Пинзеник правду-матку.
– Виктор Михайлович, для начала о животрепещущем: по словам российского оппозиционера Бориса Немцова, его соотечественники сейчас возмущаются, что в обмен на солидные скидки на газ для Украины им досталась высокая арендная плата за Черноморский флот. С чисто экономической точки зрения: кто в этой сделке прогадал – мы или Россия?
– А есть ли вообще скидка? Можно было установить цену на газ и 1000 долларов, и тогда сегодняшняя скидка была бы 70%... Нужно понимать суть газовых договоров. Мировые цены основываются на стоимости не только газа, но и транзита. А это был первый фундаментальный момент, упущенный в договоре, потому что ставка транзита существенно не изменилась, а цена газа была взята европейская. При том, что мы имеем преимущества перед Европой, покупая газ на границе с РФ или Белоруссией. Второй момент – из чисто политических соображений базовой ставкой была взята итальянская, но мы берем газ на 2500 км ближе, чем Италия.
Украинская ставка должна быть равна $450 минус стоимость транзита от российской границы до Италии, то есть 332 доллара, тогда нормальная цена газа в первом квартале 2010 года – 220, но по политическим мотивам была равна 305. Покупая
40 млрд кубов газа, мы потеряли таким образом 4 млрд долларов. Ставка транзита газа в
Австрии – 6 долларов, у нас – 2,04 за 1000 м3, а перегоняем мы 120 млрд м3 – вот еще потерь на 4 млрд. Плюс проблема хранения топлива, о которой никто не говорит. Украина закачивает газ для себя и Европы и содержит хранилища за свой счет, хотя должна оплачивать хранение лишь на 25%. Таким образом, скидки нет. Цена 230 долларов – это нынешняя европейская цена, которая должна была зафиксироваться в базовых договорах, а не за счет скидок с флотской арендной платы (кстати, снижение арендной платы за его базирование в соглашениях упоминается).
– Есть мнение, что подешевевший газ особенно не повлиял на цифры бюджета. А стоит ли теперь ждать рывка в каких-то отраслях экономики?
– На бюджет соглашения и не могли существенно повлиять: цена газа реально отличается от прошлогодней на несколько долларов. В прошлом году правительство потратило на дотации НАК «Нафтогаза» 30 млрд грн, эти деньги понадобятся и в этом году, ведь тарифы на газ не повышают. А в бюджете сейчас фигурирует 4 млрд на эти цели, но 3,3 млрд гривен – налоговый долг самого «Нафтогаза». Вот вам и составляющая скрытого дефицита бюджета.
– А каким будет дефицит, если не удастся выполнить все статьи доходов, в частности, запланированные от вывода из тени доходов украинцев?
– Уже есть отчетные данные, согласно которым за три месяца текущего года бюджет (с учетом не возмещенного НДС) получил меньше, чем в прошлом году, а должен был получить, если исходить из логики бюджета, на 40% больше. Уже очевидно, что бюджет невыполним. Если ВВП номинальный растет на 18%, откуда возьмутся доходы в 40%? Дырок в бюджете я насчитал на 148 млрд грн, кроме того, правительство оставило за собой право увеличивать расходы, их я оцениваю примерно в 20 млрд грн. Итого имеем «дыру» в 170 млрд, а это уже 16% ВВП, а не 5%. Для сравнения: в прошлом году дефицит составлял 104 млрд, а до 2009 года не выходил за рамки 10 млрд.
– Вы говорили, бюджет-2010 приведет к увеличению внешнего долга…
– Да, возникает проблема, как покрыть дефицит. 10 млрд. за счет приватизации – да, допускаю. Еще 160 надо одолжить. Кроме прямого долга, придется платить гарантированный правительством долг на сумму 45 млрд. Итого нужен кредит в 205 млрд. В прошлом году прирост долга был 112 млрд, а в этом будет в 2 раза больше и в итоге сумма госдолга составит 506 млрд, или около 12 тысяч гривен на каждого украинца, и это не учитывая набежавших процентов. А проценты по долгу становятся все более опасными. Эти выплаты в два раза превышают бюджет армии. Боязнь политиков говорить людям о проблемах и принимать решения привела к тому, что деньги в размере двух военных бюджетов идут просто на ветер, а не на решение накопившихся проблем.
– Бюджет выглядит как сплошное невыполнение требований МВФ. Фонд стерпит это, даст кредит?
– Судя по всему, в сторону сотрудничества дело не двигается, услышанные мной заявления говорят, что договоренность не достигнута. И трудно сказать, будет ли она вообще, если в сложившейся непростой ситуации правительство поднимает зарплаты на 43%. Может ли экономика, рост которой планируют на 3,7%, обеспечить рост доходов граждан на 40%? А ведь с 1 января приняты новые соцстандарты, и выплаты пересчитают и компенсируют, что означает появление долга по зарплатам бюджетников и пенсиям.
– То есть непопулярных реформ не будет, они закончатся на налоге на роскошь и урезании льгот военным?
– Насколько я понимаю, реформы закончились, так и не начавшись. А непопулярные – это как на них посмотреть. Популярно ли, что за газ, потребленный богатыми людьми, платят бедные? За богатых у нас платит бюджет. Парадокс: чем больше им нужно газа, тем больше денег забирают из карманов врача, учителя, военного, пенсионера. Из 30 млрд грн дотаций «Нафтогаза» в прошлом году немалая часть денег пошла на оплату газа богатых людей. Цена должна подниматься, а несостоятельным нужно дать субсидии. Пора кричать о том, что украинская социальная политика ориентирована на богатых людей. Самые большие расходы бюджета – на социальные нужды. При таких раскладах бедности не
должно быть вообще. Но она есть, пока деньги уходят не по назначению.
– Сработает ли в наших реалиях налог на роскошь в таком случае?
– Мне не совсем ясно, что это. Налог на недвижимость – это понятно. Но это должен быть доход не государственного, а местного бюджета. Да и сколько соберут такого налога, как? У нас же нет хорошего реестра недвижимости, нет базы сбора налогов. Так что эффект затеи будет смешным, это скорее пиар-акция, чем реальный инструмент получения доходов. Как и ограничение максимального размера пенсий. Если человек платил взносы, пусть и получает большую пенсию. Дело в несправедливости расчетов. У вас может быть стаж и зарплата такие же, как у меня, но пенсия никогда не достигнет моего уровня, потому что ваша рассчитывается на основе 1, 35% доходов за год работы, а у меня – 90%. Так называемые специальные пенсии нужно ликвидировать, и тут эффект был бы заметнее.
– Как же удержать Пенсионный фонд на плаву?
– ПФ уже давно не держится на плаву. Его удерживают на плаву. В этом году предусмотрено 67 млрд грн на его дотацию. Сложилась ситуация, когда расходы ПФ превышают доходы общего фонда государственного бюджета…
