Известный киеский архитектор: Из классической триады, которая существует в архитектуре – польза, прочность и красота, застройщики выбирают только пользу

Последние несколько лет возрастали масштабы строительства коммерческой недвижимости. Как известно, спрос рождает предложение, и развивающийся бизнес требовал соответствующего качества офисной недвижимости. О тенденциях строительства коммерческой недвижимости «Строительной деятельности» рассказал известный архитектор, автор проектов многих административных и офисных зданий, построенных и строящихся сейчас в Киеве, Янош Яношевич Виг.

Янош Яношевич, расскажите о сложившейся градостроительной ситуации в столице.

Янош Виг: В докризисный период динамика развития города была очевидной, ведь финансовые возможности инвесторов были намного больше, и было желание инвестировать. Было очевидно и абсолютно предсказуемо стремление к росту города в высоту. А происходило так потому, что все научились ценить землю, распоряжаться своими деньгами, и это привело к желанию на каждом маленьком клочке земли размещать больше квадратных метров недвижимости. И, естественно, тенденция роста города в высоту была основополагающей, даже в исторической зоне.

Одной из серьезных прорех в бывшей нашей деятельности, а может и в будущей, является то, что не услышаны настояния ар­хитекторов-профессионалов, их разговоры с руководством города о том, что нельзя действовать фрагментарно, вырывать из контекста города кусочки земли и на них так же фрагментарно строить. Это огромная ошибка нашего времени, ведь мыслить нужно не одним домом, а в пределах хотя бы квартала. И это ошибка руководства не только города, но и страны, ведь Киев имеет статус столицы. И многие архитекторы говорят, что дифференцированный модуль должен быть больше, чем одно здание, и тогда можно было бы добиться успеха во многих аспектах градостроительства – в новом строительстве, в реконструкции кварталов, санации кварталов, реконструкции подземного пространства кварталов, регулировании высоты в комплексе располагающихся кварталов. Вот с таким подходом можно решить позитивно градостроительную ситуацию.

Для характеристики еще одного аспекта, который привел город к такому состоянию, возвращусь к термину «лоскутное одеяло». А вызвано такое состояние тем, что была «лоскутирована», разделена на маленькие кусочки сама земля. Если бы земельные наделы не так фрагментарно нарезались, то не было бы и такой градо­строительной ситуации, которая сложилась сейчас.

В последнее время активно строилась коммерческая недвижимость. Какие существуют нюансы в проектировании этого сегмента недвижимости?

Я. В.: В основном инвесторы, строя коммерческую недвижимость, не думают о том, что они делают это для себя, что это их престиж. Спекулируя на коммерческом статусе, преследуют сугубо свои личные цели в виде квадратных метров. Из классической триады, которая существует в архитектуре – польза, прочность и красота, выбирают только пользу, игнорируя красоту и прочность. Мне приходится иногда говорить с заказчиками, уговаривать уступить лишнюю сотню метров ради конечного результата. Временная выгода при гонке за квадратными метрами есть, но ведь по результату будут судить о престиже инвестора.

И хоть требования заказчика практически выполнимы, но результатами такой работы будут долго пользоваться люди и о них необходимо думать. Я считаю, что нет таких требований, которых не может выполнить талантливый архитектор. Но есть также нравственные требования, требования разума, ответственность перед чем-то высшим. Если человек руководствуется этими принципами, то он может держать в узде свой нрав, свои желания, свое отношение к той среде, в которой он работает.

Сейчас популярно совмещение в одном здании жилой и офисной недвижимости. Какие особенности в проектировании таких зданий?

Я. В.: Особенности в проектировании таких зданий, конечно, есть. Весь мир научился совладать с функциями жилья и офисной недвижимости в одном здании, теперь очередь дошла и до нас.

Если существует спрос на такую недвижимость, то ничего плохого в их строительстве я не вижу, тем более, что современные технологии позволяют сделать хорошую защиту и от шума, и от других факторов с помощью изоляции, но конечный результат, естественно, зависит от мастерства самого зодчего – каким образом он сможет решить эту задачу. Ну и, естественно, мешать архитектору не должны амбиции инвестора, заказчика, чтобы их желания не были беспредельными, а удерживались в разумных рамках. А чисто профессионально, совмещение разных сегментов недвижимости в одном здании – это, конечно, задача не из легких.

Как Вы относитесь к строительству высоток в Киеве?

Я. В.: К строительству высоток я отношусь хорошо. Я не считаю, что высотки портят город, но с одним условием – высотка должна быть красивой и уместной. Возвращусь к теории развития средне­вековых городов. Когда окружающая среда была низко и плотно застроена и только вертикали ратуш, церквей оставались высотными символами этих городов – они были ориентирами в городе, размещены были продуманно и красиво.

Киевская архитектура – это в основном плотный девяти- и десятиэтажный слой, и высотки, конечно, должны размещаться в подходящих, разумных местах. Их размещение требует ансамблевого решения, они должны быть красивы. А если они не доставляют эстетического удовольствия, неуместны – то в таких случаях мы, архитекторы, получаем массу нареканий на наше без­алаберное отношение к высотным акцентам в городе.

Мне тоже приходилось проектировать высокие дома (не знаю, насколько их можно назвать высотками), пример такого дома находится на б-ре Л. Украинки, 7/9. Если соразмерить их с мировым опытом строительства высоток, где здания могут достигать пол­километра, и 165 этажей не являются пределом, то называть строящиеся у нас дома в высоту около 35 этажей высотками – это достаточно условно, – скорее, они просто высокие.

Удачной и правильно поставленной высоткой в Киеве считаю Парус – он стоит на «своем» месте, изящно формирует среду вер­­ти­кально.

По Вашему мнению, каким образом можно защитить историческую застройку Киева, и нужно ли ее защищать?

Я. В.: Я думаю, что не надо запрещать застройку в исторических районах, и даже наоборот. С историей надо уметь разговаривать. Если за работу берется архитектор высокого класса, то он и в исторической среде, понимая эту историю, пользуясь ею, отвечая ей, запроектирует красивые объекты. Но нельзя это делать фрагментарно, это не ведет к успеху. Если взяться за исторические кварталы и начать реставрировать, обновлять историческую среду, выдерживать ее контекст, то это надо решать не на одном сооружении, а более широко, масштабно.

Выезжая за границу, видим, какой подход к градостроительству существует в таких городах, как Вена, Берлин, Нюрнберг и многих других. Эти города демонстрируют, насколько тактично и умело можно работать, если искать подход не к одному сооружению, а поквартально, с выявлением исторических ценностей, с сохранением максимально красивых черт этой исторической ценности, с современными дополнениями, цитирует Инфобуд. А ведь «история архитектуры» не всегда красива. К сожалению, Киеву не повезло в этом смысле. Если говорить о центральных частях таких городов, как Вена, Будапешт, Прага и другие, там действительно присутствуют многослойные пласты «Великолепной Архитектурной» истории. Но или архитекторы были более профессиональны, или требования заказчиков были более высокими, но эти города состоялись в той классической, исторической архитектуре, которую мы ищем и о ко­торой говорим в Киеве.

В Киеве нет таких целостных исторических кварталов, ансамблей, улиц, сооружений. Посмотрим, к примеру, на Почтовую площадь: куда уж более историческое место – набережная, которая была гордостью Днепра, воротами в город, с подъемом к Владимирской горке. Мне кажется то, что там настроили сейчас, не достойно профессионалов. Но дело не только в архитекторах, а и в требованиях чиновников и заказчиков. Бизнес требует больше квадратных метров, и это является болезнью, приведшей к тому, что в исторической среде города возникли такие неудачные архитектурные решения. Хотя авторы и стремились к исторической архитектуре, но не хватило профессионального пространственного представления об этих местах и нравственного, душевного регламента, к которому человек должен прислушиваться, работая в исторической среде.

Замечу, что работать в исторической среде, реконструировать, приспосабливать, восстанавливать можно и современными стилевыми приемами архитектуры. То есть, не только повторение является алгоритмом работы в исторической среде – можно и новое сотворить, но нужно этим проникнуться, чтобы старое и новое было одним единым градостроительным текстом. Но это уже вопросы мастерства.

А защищать историческую среду надо скорее не от застройки, а от кандидатов в архитекторы. Когда такая работа попадает в руки профессионалов, у них все получается умело, и защищать историю нет необходимости. Во главу угла необходимо ставить вопрос не «что построить», а «как по­строить».

Расскажите о проектируемых Вашим бюро объектах, какие интересные объекты проекти­ру­ются сейчас? Какой у Вас лю­би­мый проект?

Я. В.: Мы, как коллектив, максимально отдаемся нашей про­фес­­сии, поэтому все проектируе­мые объекты кажутся мне интересными. Я учу своих коллег видеть в каждом, даже маленьком сооружении что-то интересное. Хочу сказать словами Фрэнка Ллой­да Райта (американский ар­хи­­тектор – прим. ред.): считайте по­стройку курятника таким же ве­ли­ким делом, как постройку музея. Тогда будет получаться все интересно и правильно.

Хочу выделить один из наших проектов, на который, к сожалению, никто не обратил внимания. Проходил конкурс по выбору проекта для сооружения гостиницы по Лаврскому переулку, его выиграл проект известного японского архитектора Арата Изосаки. Но, мне кажется, то, что предлагали мы было более выверено, более тактично.

А то, что я увидел у такого мастеровитого человека как Изосаки, привело в недоумение. Но в еще большее недоумение меня привело то, что это оказалось нужным высшему украинскому руководству. При работе над нашим проектом мы смотрели не фрагментарно на размещение гостиницы, а предложили комплексное решение, в пределах территории Лавры, передает Инфобуд. Мы работали с историческими памятниками, с редутами, с проблемой транспорта, которая постигнет этот участок города очень скоро, и с другими аспектами, которые мы старались предусмотреть и решить, но остались незамеченными. И за этот проект мне жалко, потому что он действительно был очень красивым и уместным.

Проектируем в основном для Киева, но не только для него. Одной из последних работ был конкурсный проект для города Ужгорода – это был проект моста. Мы предложили очень серьезную перспективу развития центральной части города – запроектировали мост, а также несколько площадей, гостиницу, офисные здания, пешеходный мост и другое. В этом конкурсе мы победили, но не знаю, какая судьба постигнет проект, ведь до реализации еще далеко. Мне приятно, что мы это запроектировали для родного мне города, и эта работа, сделанная на высоком профессиональном уровне, получила высокую оценку общественности и профессионалов.